Кстати, рядная запись не считалась
подобно европейскому брачному контракту
официальным документом. Но авторитет
самого рукобитья был непререкаем! После
сговора устраивались девичник (крестьянская
традиция) и мальчишник (все сословия),
а затем проходило церковное оглашение.
Священник, в чьем приходе состояли моло-
дые, уведомлялся – устно или письменно –
об их желании вступить в брак: происходило
оглашение «имени, чина или состояния»
жениха и невесты. При этом батюшка объявлял
имена желающих вступить в брак после литур-
гии три воскресенья кряду. Все это позволяло
установить, имеются ли препятствия к браку.
Ведь после трех оглашений выдавался билет,
на основании которого на жениха и невесту
в день венчания составлялся «обыск», заносив-
шийся в специальную церковную «обыскную»
книгу. «Обыск» подписывали жених, невеста,
а также два-три поручителя и причет церкви.
Прощанье со свободной жизнью
После сговора невеста вместе
с подружками начинала шить приданое.
А за несколько дней до события хозяйки
пекли хлеб и готовили праздничные закуски.
Ежедневно, встречая подружек, девушка
традиционно жаловалась на собственную
долю. Кульминацией же последних дней
свободной жизни становился поход в баню.
Здесь подружки в последний раз расплетали
невесте косу и разбирали ленты: замужняя
женщина традиционно плела две косы.
Конечно же, все это происходило под несмол-
кающие рыдания окружающих.
Венчальный звон
В царской России обряд венчания оставался
единственным способом регистрации брака. В день
венчания для молодых сооружали свадебный поезд,
украшенный лентами. Места на санях, если торжества
проходили зимой, занимали по старшинству –
от посаженных родителей до дальних родственников
и знакомых. Обычно маршрут стартовал из дома
жениха и двигался ко двору невесты, где пару уже
ждал священник и сваха для совершения особого
обряда «окручивания» молодой. Этот ритуал прово-
дился сразу после венчания на церковной паперти
или в сторожке храма, а иногда уже в доме жениха
– перед княжьим столом, в середине свадебного пира
или после брачной ночи.
Во время обряда «окручивания» невеста в присут-
ствии жениха, его родителей, дружек и свашек меняла
прическу и головной убор с девичьего на женские.
Так, в некоторых деревнях Русского Севера женскую
прическу (две косы вместо одной) – заплетали
свашки со стороны невесты и жениха. При этом неве-
стина свашка приговаривала: «Носи девиц». А свашка
со стороны жениха: «Носи молодцов». Каждая старалась
заплести косу первой, считая, что именно от ее стара-
ния зависит пол будущего ребенка. Заплетенные косы
укладывались вокруг головы и покрывались кокошни-
ком, сборником или повойником со словами: «Стала
коса двухвосткой, под повойник ушла, запряталась».
Переход к женской прическе и надевание голов-
ного убора считалось важным обрядовым моментом
русской свадьбы: «подруги косу плетут на часок,
а свахи на век». Кстати, песни, исполнявшиеся сваш-
ками при перемене прически и головного убора,
в разных деревнях и губерниях были разными.
Однако в них прослеживалась одна и та же тема:
утверждение девушки в новом статусе.
Если пир, то пир горой
Свадебные пиршества тради-
ционно устраивали в доме жениха.
У порога гостей встречали хлебом-
солью и посыпали овсом и пшеном,
символизировавшими достаток
и защиту от злых духов. Молодой муж
всегда переносил суженую через
порог дома на руках, чтобы обмануть
домового: якобы он принес в дом
не постороннего, а собственного
младенца. Считалось, что так невеста
получала защиту духа дома. На стол
всегда ставили свадебного лебедя –
символ супружеской любви. Позже
дичь заменили курицей. У трапезы
было ритуальное значение. Обычно
после венчания молодым не давали
ни есть, ни пить, а сразу провожали
их в сени для исполнения супруже-
ского долга. Одновременно с этим
курицу заворачивали в полотенце,
а после совершения таинства вновь
вышедших к столу новобрачных
угощали припасенной закуской.
На второй день свадьбы супруги
уже занимали почетные места
за свадебным столом и присоединя-
лись к общему пиру. Они выслушивали
благословения и принимали дорогие
подарки. Часто торжества, к которым
готовились несколько недель, на этом
и заканчивались, однако, если средства
позволяли, то свадебные гулянья могли
продолжиться и перейти в многочис-
ленные посещения домов родственни-
ков или поездку по святым местам.
В наши дни многие молодые
пары охотно отдают дань традициям
и устраивают по-настоящему народ-
ные свадебные гуляния. Правда,
на смену запряженным саням пришли
лимузины, а домам дружек – феше-
небельные отели и яхты. Но это уже
совсем другая история!
«Накануне девичника»
Подготовка к замужеству. Василий Перов. 1870 г.
«Боярский свадебный пир в XVII веке».
Широкую свадьбу изобразил Константин Маковский, 1883 г.
«Свадебный поезд в Москве (XVII столетие)»
Андрей Рябушкин, 1901 г.
«Неравный брак».
Сцена венчания
молодой красавицы и богатого старика.
Василий Пукирев, 1862 г.
134
/
Heritage
SEPTEMBER - OCTOBER 2013 /
WORLD
